Презентация на тему: "Презентация "Марина Цветаева. Страницы биографии""

Марина Ивановна Цветаева
(8 октября 1892, Москва – 31августа 1941, Елабуга)
Мои стихи – дневник. Моя поэзия – поэзия собственных имен.

Отец, Иван Владимирович Цветаев (1847 – 1913), – профессор Московского университета, известный филолог и искусствовед, основатель Музея изящных искусств (Государственный музей изобразительных искусств имени А.С.Пушкина)
Мать, Мария Александровна Мейн (1868 – 1906), - талантливая пианистка, хотела, чтобы дочь стала музыкантом.

Детство Марины Цветаевой прошло в Москве и в Тарусе, городе в Калужской области, в котором находится музей семьи Цветаевых.

Детство, верни нам, верни
Все разноцветные бусы,-
Маленькой, мирной Тарусы
Летние дни.



Вся семья любила Тарусу, каждый находил в ней свою прелесть. Осенью - всегда горькое прощание и обещание не забывать  «моей березе, моему орешнику, моей елке, когда уезжаю из Тарусы". Елка, действительно, была ее собственная: арендуя дачу много лет, Иван Владимирович посадил вокруг нее ели в честь рождения каждого из своих детей. Они росли вместе с детьми, обгоняя их в росте.

 У каждой из сестер Цветаевых была своя ель. В 1941 году произошла почти мистическая история. Сразу после гибели Марины Ивановны Цветаевой в Елабуге засохла ее ель в Тарусе. 
 
 

«Я бы хотела лежать на тарусском хлыстовском кладбище, под кустом бузины, в одной из тех могил с серебряным голубем, где растет самая красная и крупная в наших местах земляника. Но если это несбыточно, если не только мне там не лежать, но и кладбища того уже нет, я бы хотела, чтобы на одном из тех холмов… поставили с тарусской каменоломни камень:
Здесь хотела бы лежать МАРИНА ЦВЕТАЕВА"
Париж, май 1934.


Памятник Марине Цветаевой в Тарусе установлен в 2006 году.

Марина начала писать стихи в шестилетнем возрасте не только на русском, но и на французском и немецком языках.
Начало творческой деятельности связано с московскими символистами, была знакома с Валерием Брюсовым и Максимилианом Волошиным. Первые издания стихов относятся к 1910 году.

В январе 1912 года Марина Цветаева выходит замуж за Сергея Яковлевича Эфрона (1893 -1941). Эфрон в годы Гражданской войны служил в рядах Белой армии. Марина жила в Москве, в это время появляется цикл стихов «Лебединый стан», проникнутый сочувствием к белому движению.

Дочь – Ариадна Эфрон
(1912 -1975)

Сын – Георгий Эфрон
(1925 -1944)

1922 – 1939 - эмиграция
В 1922 году с дочерью Ариадной уезжает в Прагу к мужу. Живут в Праге, затем в Париже.

«Моя неудача в эмиграции – в том, что я не эмигрант, что я по духу, то есть по воздуху и по размаху – там, туда, оттуда…»

Семья в эмиграции живет тяжело, бедно.

В течение всей эмиграции переписывалась с Борисом Пастернаком.

В 1939 году Цветаева возвращается в СССР. 27 августа арестована дочь Ариадна (после 15 лет заключения и ссылки будет реабилитирована в 1955 году), 10 октября арестован муж, Сергей Эфрон (расстрелян 16 октября 1941 года).
8 августа 1941 года Цветаева эвакуировалась с сыном в Елабугу, город на Каме в Татарстане. 31 августа 1941 года покончила жизнь самоубийством. Похоронена 2 сентября 1941 года на Петропавловском кладбище Елабуги, точное расположение могилы неизвестно.

Дом в Елабуге, в котором оборвалась жизнь Цветаевой
Предположительное место захоронения Марины Цветаевой на кладбище Елабуги

Имя твое - птица в руке,
Имя твое - льдинка на языке,
Одно единственное движенье губ,
Имя твое - пять букв.
Мячик, пойманный на лету,
Серебряный бубенец во рту,

Камень, кинутый в тихий пруд,
Всхлипнет так, как тебя зовут.
В легком щелканье ночных копыт
Громкое имя твое гремит.
И назовет его нам в висок
Звонко щелкающий курок.

Имя твое - ах, нельзя! -
Имя твое - поцелуй в глаза,
В нежную стужу недвижных век,
Имя твое - поцелуй в снег.
Ключевой, ледяной, голубой глоток.
С именем твоим - сон глубок.
1916
Цветаева не была близко знакома с поэтом, хотя часто бывала на его литературных вечерах. Блока боготворила в прямом смысле.
Из цикла «Стихи к Блоку»

Мне нравится, что вы больны не мной,
Мне нравится, что я больна не вами,
Что никогда тяжелый шар земной
Не уплывет под нашими ногами.
Мне нравится, что можно быть смешной —
Распущенной — и не играть словами,
И не краснеть удушливой волной,
Слегка соприкоснувшись рукавами.

Мне нравится еще, что вы при мне
Спокойно обнимаете другую,
Не прочите мне в адовом огне
Гореть за то, что я не вас целую.
Что имя нежное мое, мой нежный, не
Упоминаете ни днем, ни ночью — всуе…
Что никогда в церковной тишине
Не пропоют над нами: аллилуйя!

Спасибо вам и сердцем и рукой
За то, что вы меня — не зная сами! —
Так любите: за мой ночной покой,
За редкость встреч закатными часами,
За наши не-гулянья под луной,
За солнце, не у нас над головами,-
За то, что вы больны — увы! — не мной,
За то, что я больна — увы! — не вами! 1915

Из цикла «Стихи о Москве»

Над городом, отвергнутым Петром,
Перекатился колокольный гром.

Гремучий опрокинулся прибой
Над женщиной, отвергнутой тобой.

Царю Петру и вам, о, царь, хвала!
Но выше вас, цари, колокола.

Пока они гремят из синевы -
Неоспоримо первенство Москвы.

И целых сорок сороков церквей
Смеются над гордынею царей!
1916

Пора снимать янтарь,
Пора менять словарь,
Пора гасить фонарь
Наддверный…

Февраль 1941